Танец поганых мятежников, клятвопреступников, лживых теней и упырей, пожар мокрее сапогов мертвеца.

Гнилые языки знают, что крепости преступны. Потому примите.

...

Танец поганых мятежников — можно и навсегда ему отдаться, лихо и самозабвенно, ведь кажется, что он не растеряется, кажется, что все движения вымучены и заучены.

Постылые тени шуршат в отражениях, но с них сходит кожа, сползая в сапоги. Сапоги мертвых теней.

...

Время не пристало, и не суетились вокруг слов.

От сигналов сирен не уклониться, даже когда глаз и зрение внимательны.

Экспекторация мурмураций, связанных с когнитивными искажениями, вызванными бессмертным образчиком, таким потешным, самопляса в открытом неумело по-гусарски полуштофе не окончена, как и пыльные (с грязью и животным волосом) наросты не вылизаны со стенок грудных клеток, поскольку всякая манифестация и упрувлема, вера и правда, имеющая в корне мицелий иллюзий, берущий начало в горизонтах противоречащих природе и истине (а та, как известно грязна, что черт), обречена на шумный страх, скрежещущий сверх-идеями и бесконечными циклами, которые никому не нужны.